(495) 468-25-20, (903) 268-57-56

Я не пошёл к священнику, я пришел к Вам

"Куранты". 21 октября 1994

Раньше советовали: поезжайте на воды, теперь: обратитесь к психотерапевту

Знакомством с ней специалисты гордились. Ольга из тех, чье имя широко не известно, но определенную область деятельности представить без этого человека просто невозможно.

Она получила инженерно-строительное образование, проявив к тому же выдающиеся способности к иностранным языкам. А языки Ольга начала изучать, чтобы как можно больше читать об архитектуре. Архитектура была ее страстью. Она увлеклась ею на факультативных занятиях в институте, могла бесконечно говорить о портиках и балюстрадах, барокко и рококо, причем на пяти языках.

Поэтому неудивительно, что сразу после института Ольга умудрилась устроиться в строительную инофирму, и скоро поехала как специалист-переводчик на строительный симпозиум в Мюнхен.

На приеме после симпозиума очень известный архитектор в порядке светской беседы рассказывал об одном очень оригинальном, но малоизвестном архитектурном решении. И силился вспомнить труднопроизносимую фамилию. Ольга, стоящая неподалеку, негромко подсказала имя итальянца. Профессор был потрясен: откуда столь юная леди знает такие подробности его любимого дела?

Звали профессора Хельмут. Он ввел Ольгу в мир практической архитектуры. В результате она стала ходячей архитектурной энциклопедией, без запинки переводила самые заковыристые строительно-архитектурные термины. Ей не составляло никакого труда разобраться в специальной документации, ее стали приглашать в качестве независимого эксперта. Работала Ольга очень много.

Поэтому для всех стало полной неожиданностью, когда она, всегда энергичная, оживленная, общительная, вдруг как-то сникла. Плохо спала, с трудом просыпалась, подолгу сидела, глядя в одну точку. Время шло, Ольга менялась до неузнаваемости. Взгляд ее потух, она стала рассеянной и забывчивой.

Депрессия

А потом перестала и работать. Отказывалась от переговоров и переводов, забросила все проекты. Так продолжалось несколько месяцев. Ольга быстро уставала, тосковала, раздражалась на близких, то и дело плакала, чаще подавленно молчала. И однажды разрыдалась на плече мужа:

"Сережа, что со мной? Я не могу, не хочу жить такой..."

Все были испуганы и растеряны. Хельмут в очередной свой приезд сказал Сергею: "Ольге нужен хороший психотерапевт". На Западе личный психоаналитик есть почти у всех деловых людей. Это только в России почему-то считается стыдным обратиться к такому специалисту.

Ольга позвонила мне как-то поздно вечером: "Пойдем завтра вместе к врачу. Надо прийти с близким человеком, а Сергей не успел вернуться из командировки".

Так мы и познакомились с Элеонорой Александровной Магалиф. Потом я ходила к ней в клинику психологической адаптации чаще, чем Ольга, - расспрашивала. То, что произошло с моей подругой, озадачило и заинтересовало меня.

- Вы знаете, такое может случиться с каждым, - говорит Элеонора Александровна. - Машины и те ломаются, а живой человеческий организм тем более дает сбои. И это не всегда болезнь внутренних органов. Депрессия - подавленное, угнетенное состояние, вялость, необъяснимая вроде бы беспричинная тоска. В прошлом веке врачи в таких случаях советовали одно: поезжайте на воды.

- Но ведь не может же быть вот так, вдруг, без всякой на то причины депрессия.

- Нередко бывает конкретный повод: смерть близких, тяжелая болезнь, проблемы в семье, неприятности на работе. А бывает именно "вдруг". Точнее - кажется, что вдруг. А жизнь-то нынче нелегкая - социальные проблемы, бизнес и политика, риск, конкуренция, стрессы, постоянное напряжение... Но сегодня с состоянием депрессии можно успешно бороться. Есть прекрасные препараты-антидепрессанты, применяются гипноз, иглоукалывание.

Впрочем, измученного своим состоянием человека вовсе не обязательно надо лечить. Бывает достаточно квалифицированной консультации, хорошего разговора.

С Ольгой одной консультацией не обошлось. Элеонора Александровна с ней подолгу беседовала, поговорила со мной, расспрашивала Сергея. Назначила лечение. Уже дней через десять Сергей сообщил врачу:

- Оля ушла в парикмахерскую.

- Поздравляю, - засмеялась Элеонора Александровна. - Она настоящая женщина.

Ольга стала лучше спать, меньше плакала, почти не раздражалась. Дома снова зазвонил телефон, Ольга понемногу стала общаться с друзьями.

И только работа, любимая архитектура, не вдохновляла Ольгу.

- Не все сразу, - успокаивала Сергея Элеонора Александровна.

Элеонора Александровна обаятельна, улыбчива, очень приятна в общении и никак не вписывается в общепринятое представление о грозном враче психотерапевте. Но, тем не менее, она опытнейший специалист с тридцатилетним стажем, прошла великолепную школу. Работала в психиатрической клинике, потом в специальной поликлинике. Лечила номенклатуру. Это были сложные пациенты, из тех, кому требовался ювелирный подбор терапии: многие из них находились под жутким гнетом - служебной ответственности, страхом потерять место, семейных проблем и еще какой-либо болезни. С тех времен запомнила Элеонора Александровна признание одного очень крупного руководителя: "Я не могу пойти к священнику, поэтому пришел к Вам ".

- И что, каждый готов раскрыть душу незнакомому человеку!

- Главное - прийти на прием. Я ведь никогда не спрашиваю пациента: "Что у вас случилось" Захочет - расскажет сам. А не захочет - хороший врач всегда найдет другой, обходной путь, чтобы, не травмируя, все-таки помочь. Знаете, об этом не очень говорят, но практически нет ни одного человека, который не пережил бы депрессию.

Пережил, не зная, что у него депрессия?

- Нередко и так. Это состояние может принимать самые разные формы. Плохой сон, утомляемость. Непривычная лень, апатия. И стремление к одиночеству, и вспышки гнева. И если человеку вдруг начинает казаться, что он хуже всех, эта тоже депрессия. Бизнесмены, руководители часто жалуются, что ни с кем не могут общаться, кидаются на подчиненных. Одна известная актриса пришла ко мне и вовсе с неожиданной жалобой: ее мучило жжение во рту. Никакое лечение не помогало. Я поговорила с ней и предположила нетипичное проявление депрессии. Так оно и оказалось. Актриса лечилась и продолжала играть, перед каждым спектаклем мы специально подбирали препараты.

В общем, если с вами непонятно что происходит, надо обращаться к психотерапевту. Это нормально, это никого не должно смущать...

Есть у Элеоноры Александровны книга - знаменитый роман знаменитого писателя. На титульном листе надпись: "Соавтору". Писателя того все считали алкоголиком: он периодически запивал. И только Элеонора Александровна с ее удивительным умением понять, почувствовать человека определяла, что пил он, сам, впрочем, того не понимая, чтобы избавиться от странной гнетущей тревоги, охватывающей его в дни напряженной работы. Иначе говоря - от депрессии.

Писатель творил знаменитый роман, Элеонора Александровна, поддерживала его как врач. Книга стала бестселлером, по ней был снят многосерийный фильм, который вся страна увлеченно смотрела по телевизору.

- Элеонора Александровна, а кто особенно тяжело переносит депрессию?

- Понятно, что особенно заметна она у людей много работающих, общительных, творческих, живущих активно. Но, в общем-то, от характера это зависит мало. А вот от состояния здоровья зависит. Например, тяжелые депрессии дают больные вегетососудистой дистонией.Депрессии зачастую прячутся под маской другой болезни. Если у человека, допустим, прыгает давление или болит желудок, можно долго и безуспешно лечить гипертонию или язву, не обращая никакого внимания на то, что у пациента постоянно плохое настроение. И только стоит вместе с антигипертоническими или желудочными препаратами предложить специально подобранные антидепрессанты - давление быстро нормализуется и желудок пройдет.

- Но для этого врач должен разбираться в психотерапевтических препаратах.

- Конечно. Обычно терапевт знает только "свои " лекарства, психиатр - "свои". Но есть специалист, который ориентируется и в тех и в других, умеет их сочетать и занимается нервными расстройствами, связанными с болезнями внутренних органов, - психосоматолог.

Элеонора Александровна - общепризнанно уникальный психосоматолог. Специальность эта очень редкая. Элеонора Александровна знает классическую психиатрию и психотерапию, владеет гипнозом и иглоукалыванием, может оценить состояние внутренних органов, разобрать результаты анализов. Во-вторых, она виртуозно владеет наукой сочетания самых разных лекарственных препаратов. И, в-третьих, умеет вызвать к себе абсолютное доверие.

Такой специалист - настоящее спасение для тех, кто живет под гнетом своих недугов. Сердечники, например, знают, как страшно им бывает выйти из дома, поехать на метро или постоять в очереди, - а вдруг станет плохо с сердцем? Или астматики, которые всегда с ужасом ждут очередного приступа. Язвенники боятся весны и осени, когда обычно обостряются их болезни. Такие страхи - тоже депрессия, которая блокирует действия терапевтических препаратов. Элеонора Александровна эти страхи лечит.

Ольгина депрессия тоже отчасти оказалась своего рода страхом. Именно Элеоноре Александровне она впервые призналась: "Мечтаю построить свой мост". Говорить о своей задумке Ольга не решалась. Ее мучил профессиональный парадокс: абсолютные знания, большой практический опыт - и ни одного полностью самостоятельного проекта.

Удивительно, как разобралась во всем этом Элеонора Александровна, сколько деликатности и осторожности проявила она, помогая талантливому человеку вновь обрести уверенность в своих силах. Наступил день, когда Ольга рассказала о своей мечте Сергею. Он счел идею очень оригинальной. И однажды, вернувшись вечером домой, увидел, что Оля с интересом листает архитектурные журналы, которые полгода без движения валялись на полке.

- Голландцы объявили конкурс на лучший проект городского моста для Арнема, - сказала она Сергею, едва он вошел.

- Давно объявили? - спокойно спросил он. - Ты ведь, кажется, была в Арнеме.

- Я не успею, - правильно поняла его Ольга. - Работы будут рассматриваться еще только чуть больше месяца.

- Успеешь. Я помогу тебе.

Проект давался нелегко, но Оля упрямо трудилась, и Сергей видел: она снова становится сама собой.

Депрессия

Конечно, они ждали результатов конкурса с надеждой, хотя Оля и так понемногу возвращалась к активной жизни: переводила, брала проекты, консультировала. Месяца через три Сергей встретил своего знакомого из Главного архитектурного управления Москвы.

- Вот, кстати, - сказал знакомый, - все забываю тебе позвонить. Какой-то странный пакет к нам пришел. Адрес наш, а на конверте почему-то имя твоей жены. Из Голландии.

Сергей ворвался домой возбужденный, веселый, бросил на стол огромный букет и, ни слова не говоря жене, схватил телефон.

- Элеонора Александровна! - закричал он. - Оля выиграла конкурс в Голландии! Ее мост победил! Ольга охнула, всплеснула руками и отобрала у Сергея трубку.

- Это мы победили, - сказала она. - Это наш мост, дорогая Элеонора Александровна...

Ирина ТЮРИНА.

Edit