(495) 468-25-20, (903) 268-57-56

Опыт амбулаторного лечения игровой зависимости

А.А. Магалиф, А.Ю. Магалиф
Москва. 2006 год.

Актуальность проблемы игровой зависимости в нашей стране не вызывает сомнений. Однако большинство методических подходов, использующихся для лечения этой патологии находятся лишь в стадии разработки.

Настоящее сообщение основано на опыте амбулаторного лечения 23 больных (18 мужчин и 5 женщин в возрасте от 21 до 53 лет, средний возраст 35 лет). Все пациенты страдали патологической зависимостью от азартной игры в игровых клубах (игральные автоматы). По социальному статусу группа разделилась следующим образом. Мужчины: студенты – 3, бизнесмены - 10, профессиональные водители- 2, сотрудники правоохрнительных органов - 3. Женщины: врач- 1, парикмахер-1, менеджер-2, пенсионерка-1. Преморбидно все пациенты отличались стеничными чертами характера, интравертированностью. Им было свойственно тщеславие, азарт в играх и делах, нетерпеливость в получении быстрого результата, они тяжело переживали личные неудачи. При этом у них отмечалось отсутствие широты интересов, у пятерых была склонность к алкогольной зависимости. Из всей группы только у одной женщины выявлялись чёткие аффективные колебания в виде субдепрессивных состояний с сопутствующей алкоголизацией. Практически вся группа к моменту обращения к врачу имела стаж игровой зависимости свыше двух лет. Подробное изучение анамнеза этих больных выявило основные мотивы включения в азартную игру. На первых этапах основным мотивом являлось стремление к отдыху, получению приятных ощущений от процесса игры и самого выигрыша. У молодых мужчин преобладало желание лёгкого заработка. Как правило, основной мотив к постоянному участию в азартной игре появлялся после первого существенного выигрыша. С этого момента возникало устойчивое влечение к посещению игрового клуба. Следующим мощным мотивом служило желание отыграть проигранные деньги, что в итоге сформировало у них систематическое участие в азартной игре. Потеря денег, чувство вины, депрессия, желание быстро решить возникшие проблемы заставляло их вновь и вновь приходить в игровые клубы. В процессе азартной игры больные впадали в игровой транс, теряли чувство времени, выигрывая, не прекращали игру до полной потери денег.

Все пациенты длительное время скрывали своё пристрастие к азартной игре, потерю денег и возникновение долгов объясняли выдуманными историями, скрывались от кредиторов. Приход к врачу инициировался только родственниками пациентов.

В начале лечения клиническим методом определялась структура личности пациентов и степень её деградации (сужение интересов, круга общения, эгоцентризм). Оценивалась выраженность компульсивного влечения к азартной игре, глубина нравственной деградации. Под последней мы понимаем снижение нравственного порога (привычная лживость и склонность к кражам).

Все больные в качестве основной жалобы предъявляли неспособность контролировать своё влечение к азартной игре. Почти у всех пациентов обилие негативных ситуаций в начале лечения вызывало готовность к полному отказу от игры. Однако часто при этом обнаруживался феномен, характерный и у больных другими формами патологической зависимости: скрытое желание лишь восстановить контроль над тем, что вызывает приятные ощущения, в данном случае процессом игры.

На первом этапе пациентам соответственно их эмоциональному состоянию назначались психотропные препараты: антидепрессанты, мягкие нейролептики, транквилизаторы. После снятия эмоционального напряжения акцент лечения переносился на психотерапию. Нами были разработаны две методики.

Первая – устранение мотива отыгрывания. Для этого из интегрального понятия «азартная игра» вычленялся реальный основной мотив – получение удовольствия от игры. Больным объяснялось, что они платили не за возможный выигрыш, а за удовольствие от процесса игры. А потраченные на игру средства были каждый раз эквивалентны этому удовольствию. Чем выше эмоциональное напряжение, тем дороже удовольствие. Таким образом, становилось бессмысленным желание вернуть свои деньги, как нельзя их вернуть, уплатив за алкогольное или наркотическое опьянение. При этом больные начинали осознавать, что они не неудачники и не простаки, глупо проигравшие деньги, а люди, купившие себе слишком дорогое удовольствие. Это способствовало повышению их самооценки, устраняло сформировавшийся комплекс неполноценности. Одновременно больным объяснялось, что состояние игрового транса – это тщательно замаскированный сценарий игровой системы, в который их незаметно вовлекают. Как известно, у игровых автоматов есть интервал в две секунды между ставкой и результатом. Столь короткий интервал нивелирует оценку проигрыша и фиксирует внимание по механизму положительного подкрепления только на выигрыше.

Вторая методика - разрушение виртуального игрового образа. Задачей было устранение «гипнотического воздействия» игорного зала, тревожного ожидания игры и игрового настроения. Для этого в состоянии глубокого расслабления больным предлагалось детально и как можно ярче представить игровой зал и игровые автоматы. Они должны были виртуально разрушить образы игральных автоматов как олицетворение зла. Вслед за этим пациентам предлагалось ощутить себя миссионерами, чтобы спастись не только самим, но и другим игрокам. На месте разрушенного зала им требовалось построить культурные сооружения (парк, стадион и пр.). Одновременно больные были должны как бы увидеть оценку своих действий окружающими. Комментируя во время сеанса свои ощущения, они отмечали, что их действия оценивались окружающими с одобрением и даже с восторгом. По окончании сеанса у больных повышалось настроение и уверенность в своих силах в преодолении зависимости. После серии таких сеансов пациентам предлагалось, находясь случайно рядом с реальными игровыми залами, мысленно воспроизводить усвоенные виртуальные действия, особенно тогда, когда пробуждалось влечение к игре. Они должны были представить себе игровой зал как территорию абсолютного зла, куда они не имели права ступать, т.к. там они переставали быть самими собой, превращаясь в зомби.

Во время сеансов позитивной психотерапии осуществлялось повышение самооценки больных, устранялось постоянное чувство вины. Больным внушалось, что страсть к игре является для них испытанием, пройдя которое, они как бы возродятся и станут намного сильнее. Помимо этого шла регулярная психотерапевтическая работа, направленная на обучение саморегуляции, профилактике и снятию стресса, повышению уровня психологической адаптации. Важным являлось проведение семейной психотерапии.

По нашему опыту оценить продолжительность ремиссии при игровой зависимости практически невозможно. В отличие от больных алкоголизмом и наркоманией, где соответствующее опьянение сразу же выявляет рецидив, при игромании отсутствуют внешние признаки срыва. Самым главным достижением амбулаторной длительной комплексной терапии мы считаем включение пациента в доверительное сотрудничество с врачом, возвращение к лечению после эпизодов игры. 20 больных нашей группы наблюдались у нас от трёх месяцев до полугода, 3 больных - до двух лет. У большинства пациентов была достигнута стабилизация социального статуса. Возникавшие эпизоды игры не становились систематическими.

Мы считаем возможным предварительно обозначить следующие основные причины рецидивов игромании:

  1. нажитой стереотип поведения в стрессовой ситуации по типу стресс – игра;
  2. стремление быстро и просто решать сложные жизненные проблемы;
  3. надежда на реальность эпизодической контролируемой игры;
  4. невозможность в ближайшем будущем отдать большой долг;
  5. освобождение от долга;
  6. внезапное появление неконтролируемых денег;
  7. чрезмерно свободный доступ в игровые заведения;
  8. отсутствие специфической фармакотерапии.

Учёт этих факторов может способствовать построению программ по лечению больных игровой зависимостью.

Edit