(495) 468-25-20, (903) 268-57-56

Пример лечения женского алкоголизма

Галина В. 47 лет. Бухгалтер в коммерческой фирме. Отец и дед злоупотребляли алкоголем. Училась хорошо. По характеру всегда была застенчивой, впечатлительной, ответственной, любила порядок. Окончила финансовый техникум и работает по сегодняшний день бухгалтером. На работе всегда пользовалась уважением, редко меняла работу. В 23 года вышла замуж, с мужем отношения всегда были хорошие. Сыну 22 года.

Употреблять эпизодически алкоголь стала с 17 лет. Лёгкое опьянение нравилось, делало её раскованной, более уверенной, помогало отвлекаться от проблем. В 80-ые годы муж стал уезжать в длительные командировки и Галина начала выпивать регулярно от одиночества. Однако стойкого привыкания к алкоголю тогда не было.

В 40 лет без видимых внешних причин стало появляться плохое настроение по утрам, щемящее чувство тоски, безразличие ко всему, неуверенность в себе. Заметила, что спиртное отвлекает от болезненных переживаний, оживляет, пробуждает интересы, придаёт уверенности. В основном выпивала после работы, а в выходные понемногу в течение дня. Сначала нравилось сухое вино, затем постепенно стала переходить на водку. Неожиданно для себя начала напиваться: пошатывалась, цеплялась дома за углы, разбивала посуду. По утрам мучила жажда, вялость, но самое главное усиливалась тоска и тревожное предчувствие чего-то плохого. Чтобы освободиться от этого снова выпивала. Так постепенно сформировались запойные состояния.

Иногда уже не могла разобраться, почему тянет выпить: то ли освободиться от подавленного, тревожного настроения, то ли потому, что просто стало нравиться опьянение с уходом от всех проблем в некий виртуальный мир. Заметила, что периоды подавленного настроения и усиление злоупотребления алкоголем приходились на весенние и осенние месяцы, но объяснить этого не могла. Несколько раз пыталась бросить пить самостоятельно, но ничего не получалось. Это ещё больше усиливало подавленное настроение, считала себя никчемной, живущей в тягость своим близким.

Стыдилась своего пьянства и завидовала трезвым людям. В 42 года впервые обратилась к наркологам. Депрессивные переживания расценивались врачами как следствие злоупотребления алкоголем. Лечилась часто, всегда с энтузиазмом, разными методами, амбулаторно и стационарно, однако перерывы в употреблении спиртного не превышали 3-4 месяца. Каждый раз перед тем как начать пить, долго боролась с собой, но нарастающая депрессия парализовывала её волю.

За последний год состояние заметно ухудшилось. Суточная доза алкоголя в пересчёте на крепкие напитки колебалась в пределах 300 г. Практически ежедневно пила водку или джин-тоник. С трудом работала, постоянно испытывала безотчётную тревогу, однако старалась казаться спокойной, после работы ехала домой, хотелось забиться в угол, спрятаться "как улитка", чтобы никого не видеть. Сразу же выпивала, чтобы ни о чём не думать. Алкоголь на время помогал заглушить душевную боль, но утром депрессия ещё больше обострялась, мучилась от "бесконечного чувства вины".

Сделала ещё одну попытку лечения с помощью внутривенного введения препарата с последующей алкогольной провокацией. На провокации испытала страх смерти, однако, уже через месяц вновь стала выпивать. Появились мысли о самоубийстве: "чем так жить, лучше умереть". Стала обдумывать уход из жизни. Решила выброситься из окна, но представила, как превратится "в кусок мяса", а хуже всего, если выживет, то останется калекой. Поэтому решила "уйти наверняка", отравившись таблетками. Эти мысли обострялись в алкогольном опьянении.

Как-то раз выпила горсть таблеток и заснула. Однако муж заметил неладное, вызвал "скорую" и её спасли. После этого решила вскрыть вены или повеситься. Думала о том, как бы так рассчитать дозу алкоголя, чтобы не было страшно умереть, но, с другой стороны, чтобы хватило сил на реализацию самоубийства. Останавливало лишь чувство долга перед родными и друзьями. Хотела сначала привести все свои дела в порядок. Как-то раз по совету знакомых была проконсультирована врачом-психиатром, он же рекомендовал Галине обратиться в нашу клинику.

На приём пришла опрятной, одетой со вкусом. В поведении проглядывалась неуверенность, стеснительность. Настроение было подавленное, временами начинала плакать. Жаловалась на бессонницу, необъяснимое чувство тоски и тревоги, душевную опустошённость, невозможность получать от жизни удовольствие. Говорила, что жизнь не удалась: "существую, а не живу", "всё серо и однообразно", "окружающий мир пугает". Считала себя ни на что не способной, "отупевшей". Понимала разрушительную роль алкоголя, но оправдывалась тем, что он же помогает ей забыться, хоть и на время. Надеялась на успешное лечение, однако сомневалась в нём: "столько уже было попыток".

Подробное психологическое обследование показало, что Галина уже давно страдала душевной депрессией в виде определённого психического недуга. Алкоголизм в данном случае являлся сопутствующим заболеванием, что весьма часто встречается в практике опытного врача. При этом даже близкие друзья и члены семьи не всегда понимают первичную роль депрессии, объясняя её симптомы последствиями пьянства.

Когда врач всё объяснил Галине и её мужу, они согласились на проведение курсового лечения. Проблема состояла в том, что приходилось лечить сразу два заболевания одновременно, иначе каждое из них могло спровоцировать другое. В план лечения были включены: тщательная очистка организма от накопившихся алкогольных шлаков, восстановление нормальной работы внутренних органов, скрупулёзный подбор специальных лекарств, устраняющих депрессию и уменьшающих влечение к алкоголю.

Уже в течение первых двух недель появился положительный результат: Галина почувствовала, как стала уходить тоска, подавленность, тревожность, улучшился сон. Об алкоголе почти не вспоминала. Тем не менее, для стойкого устранения влечения к алкоголю был применён специальный сеанс психотерапии. К концу второго месяца лечения депрессия полностью ушла, а к алкоголю сформировалось стойкое равнодушие.

Ещё несколько месяцев потребовалось на психотерапию и подбор препаратов, устраняющих неуверенность в себе и стабилизирующих настроение. Сама говорила, как важно иметь "врача в тылу", который тебя хорошо понимает и может реально помочь. "Всего не расскажешь даже мужу, да и зачем беспокоить других, у них и своих проблем хватает". Про алкоголь даже не думала. Воспоминания на алкогольную тему рождали неприятные переживания, было тяжело и стыдно. Не могла поверить, что спокойно жила без алкоголя уже полгода, это стало первой серьёзной победой над болезнью за последние годы и настоящим семейным праздником. Впервые успокоились муж и сын, т.к. всё это время они пребывали в состоянии некоторого тревожного ожидания срыва.

Итогом лечения стало освобождение от психологической алкогольной зависимости. Правда у депрессии свои законы. Они требуют периодических консультаций с врачом и профилактического лечения. Поэтому Галина пока не прерывает общения с нашей клиникой.

Edit